Дневник кинокритика с Венецианского кинофестиваля. День 8

Хавьер Бардем играет супер-пупер-дупер престижного архитектора Мигеля Морено, которому поступает заказ построить на Гавайях бункер. Но соглашаться на предложение техно-миллиардера (Пол Дано) ему совестно, потому что на гражданскую позицию давит супруга (Пенелопа Крус) — мол, шел в профессию ради доброго, вечного, а теперь обслуживаешь капитализм. Ко всему прочему, сосед (Стивен Грэм) прорубает в стене гаража окно, которое, к раздражению Морено, открывает роскошный вид на его стеклянный особняк.

Есть ли вероятность, что заправский спец по выбиванию простого люда на горькие слезы Зеллер с такой историей сможет удержать баланс хорошего вкуса? Конечно, нет. Но, в отличие от «Сына», это кино временами приятно смотреть. И уж точно способно оно потешить интеллектуальные потребности зрелой публики, охочей до благовоспитанного, «как бы проблемного» кино про актуальные темы. Оно сделано не без выдумки (особенно во всем, что связано с темой живописи), пусть и чаще дозволенного задает непроходимо идиотские вопросы, предлагая ответы по типу «всех денег не заработаешь» (при этом у героев их и без того навалом). Собравшиеся артисты почти без исключения крайне стараются оставаться честными, словно это и правда престижное кино, так что в отдельные моменты в это можно даже поверить.

Тем временем конец фестивальной десятидневки был всецело отдан французскому кино, о чем мы начали рассказывать еще вчера. Но какие дни французского кино без Люка Бессона? На Мостре показали «Отца Джо», новое продюсерское безобразие маэстро, в котором Кифер Сазерленд, не снимая католической рясы, раскидывает направо и налево бугаев, мордоворотов и более возрастных/респектабельных мафиози. По сюжету, таким радикальным способом пастор и, по совместительству — ветеран Вьетнама, прорабатывает утрату своей 15-летней дочурки, скончавшейся от зависимости (супруга ушла из жизни сразу после — с горя). Каждой плюс-минус важной криминальной шишке отец Джо вкалывает зеленоватую жижу, гарантируя скорую смерть, если не посетить ближайшую воскресную мессу и не получить вместо просфоры заветную таблетку (и так на неделю). Не стоит удивляться, что единственные вопросы, которые возникнут к священнику, будут адресованы от епархии — как же так здорово поднять посещаемость прихода?

Главного биг-босса играет Аль Пачино, шастая в шубе и неустанно мусоля в кадре книжку Данте или Маркеса. Время действия — 90-е, уподобляется им и Бессон — за вычетом чрезмерно ленивой постановки (все же сейчас в подмастериях у продюсера ремесленники куда более скромных талантов, нежели на заре «Перевозчиков») — и темпоритмически, и по жанровой удали — это дефолтный боевик EuropaCorp, со всеми сентиментальными вытекающими. Временами лихой. Почти все два часа непроходимо глупый. И, очевидно, как и все позднее продюсерское творчество Бессона, фильм собран как конструктор из его ранних черновиков. В «Отце», к примеру, аккурат в середине фильма, есть отдельное задание Джо по спасению детей от черного рынка трансплантологии. Пастор, бесспорно, молодец, но это действо никак не связано с основным сюжетом про Пачино vs Сазерленд.

Уровень чуши взлетает до колокольных высот, когда к герою на помощь с автоматами наперевес мчатся набожные представители других конфессий. Зато все задорно взрывается, а на втором плане в роли бедового подростка язвит дочка Миллы Йовович Эвер Андерсон. При всем пенсионном уважении к Сазерленду в следующий раз Бессону стоит вернуться к любимому концепту «девчонка берется за ружье и выигрывает», из сентиментально-преемственных соображений натренировав на вакантное место дочку бывшей жены. Обаятельно хамить, подмигивать и даже драться она, как показывает практика, умеет. Гены!