Statement-украшения: почему сегодня коллекционеры ищут не бриллианты, а характер
В авторской колонке стилист и основательница ювелирного бренда Gohar Лилит Рашоян объяснила, что сегодня делает украшение по-настоящему ценным
06.08.2026
Еще несколько лет назад казалось, что эпоха statement-украшений закончилась. Минимализм и едва заметные ювелирные изделия стали новой нормой. Но сегодня рынок развивается по неожиданному сценарию: крупнейшие аукционные дома фиксируют растущий интерес к культовым украшениям XX века, а дизайнеры все чаще возвращаются к выразительным формам, которые невозможно спутать ни с какими другими.
При этом дело вовсе не в моде на максимализм. Скорее наоборот — покупатели стали гораздо избирательнее. Вместо десятков украшений они все чаще ищут одну вещь, которая обладает собственной историей, сильным характером и узнаваемым дизайном.
Лилит Рашоянстилист и основательница ювелирного бренда Gohar
Не случайно ювелирные украшения сегодня воспринимают как одну из самых осмысленных покупок в категории luxury: в отличие от многих сезонных вещей, хороший дизайн не теряет актуальности через несколько месяцев. Именно поэтому в центре внимания вновь оказываются имена, которые десятилетиями ценили прежде всего коллекционеры.
Elsa Peretti: скульптура вместо украшения
Когда в начале 1970-х Эльза Перетти представила для Tiffany & Co. браслет Bone Cuff, она фактически изменила представление о современной ювелирной эстетике. Вместо традиционного украшения появился объект, повторяющий анатомию человеческой руки. Bone Cuff не столько украшал, сколько становился частью тела.
Старший вице-президент ювелирного департамента Sotheby’s Фрэнк Эверетт однажды сказал, что Перетти стерла границу между модой и ювелирным искусством: ее украшения создавали весь образ. British Vogue до сих пор называет Bone Cuff одним из самых влиятельных украшений XX века именно потому, что его форма остается современной вне зависимости от модных циклов.
Suzanne Belperron: узнаваемость без логотипа
«Мой стиль — моя подпись», — говорила Сюзанна Бельперрон, принципиально не подписывая свои украшения.
Сегодня эта идея звучит удивительно современно. Лучший дизайн действительно не нуждается в логотипе. Ее кольца с кабошонами, массивные браслеты и плавные органические формы узнаются мгновенно.
Глава ювелирного отдела Sotheby’s Катарина Беккет считает Бельперрон одним из наиболее самобытных дизайнеров XX века, а Financial Times отмечает, что интерес к ее работам продолжает расти именно потому, что они выглядят актуальными спустя почти столетие.
Hemmerle: роскошь начинается с идеи
Немецкий Hemmerle давно доказал, что ценность украшения определяется не только драгоценными материалами. Медь, алюминий, дерево и железо здесь соседствуют с бриллиантами и редчайшими камнями, а каждое изделие создается одним мастером, практически как произведение искусства.
Такой подход особенно точно отражает новую философию рынка: коллекционеры все чаще выбирают не самые дорогие материалы, а самые сильные идеи.
Bvlgari 1960–70-х: дизайн как главный капитал
Эксперты Sotheby’s называют этот период временем, когда Bvlgari окончательно сформировал собственный язык. Украшения Monete с античными монетами, браслеты Tubogas, крупные кабошоны и смелые цветовые сочетания сделали бренд узнаваемым с первого взгляда.
И именно эта узнаваемость сегодня оказывается важнее размера камней. Покупатели ценят не столько драгоценные материалы, сколько возможность обладать предметом, который стал частью истории дизайна.
JAR: роскошь, которую невозможно повторить
Работы Жоэля Артура Розенталя, известного как JAR, почти не появляются в открытой продаже. Его украшения создаются настолько небольшими тиражами, что каждая новая работа на аукционе становится событием.
Катарина Беккет называет JAR одним из величайших современных ювелиров именно потому, что его стиль невозможно воспроизвести. В эпоху, когда многие бренды стремятся к универсальности, абсолютная авторская индивидуальность становится самой большой роскошью.
René Boivin: украшения, которые опередили свое время
Задолго до появления термина statement jewelry дом René Boivin создавал броши и браслеты, напоминающие небольшие скульптуры. Эти объемные формы до сих пор выглядят современно и продолжают вдохновлять дизайнеров.
Не случайно именно здесь начинала работать Сюзанна Бельперрон. Sotheby’s и Christie’s нередко рассматривают их наследие вместе, как основу французской школы авторского ювелирного искусства.
Почему именно сейчас?
Любопытно, что рынок роскоши все чаще смещается от демонстративного потребления к осознанному коллекционированию. Покупателей интересует уже не столько стоимость украшения, сколько его культурная ценность, происхождение и авторский почерк.
Именно поэтому самые желанные украшения сегодня объединяет вовсе не количество каратов — их роднит другое качество: мгновенная узнаваемость. Bone Cuff Эльзы Перетти, пластичные браслеты Belperron, архитектурные серьги Hemmerle, Monete бренда Bvlgari, фантазийные работы JAR и скульптурные броши René Boivin невозможно спутать ни с какими другими.
Лилит Рашоянстилист и основательница ювелирного бренда Gohar
Пожалуй, в этом и заключается современное понимание statement: не кричать о своей ценности, а обладать настолько сильным дизайном, чтобы десятилетия спустя оставаться предметом желания коллекционеров и ориентиром для новых поколений ювелиров.
Источник фото: Getty Images, Легион-медиа, социальные сети, архивы пресс-служб
